https://artprojekt.ru/re-form/
  1. БОНУС-АКТ I: Лезвие (Re-Form of Aram Khachaturian) B&B Bestia & Bagheera 4:48
  2. БОНУС-АКТ II: Полёт (Re-Form of N.A. Rimsky-Korsakov) (Versione veloce) B&B Bestia & Bagheera 4:15

Re-Form

Что будет, если разобрать шедевры Баха, Бетховена, Вивальди …. на атомы, а затем склеить их заново в формате бескомпромиссного Chamber Industrial?

Вся концепция держится на контрасте: мотивы великих композиторов намеренно «закованы» в жёсткие индустриальные текстуры — это и есть суть «Re‑Form»: не кавер и не ремикс, а радикальная трансформация формы.

Re-Form — эксперимент на стыке эпох, где классическое наследие подвергается глубокой анатомической деконструкции. Проект переосмысляет академический канон, превращая фундаментальные партитуры в футуристические звуковые ландшафты.

Оригинальные мотивы растворены в текстурах авангардной электроники, заставляя знакомые гармонии звучать как зашифрованные радиосигналы. Связь с великими композиторами здесь — это не буквальное цитирование, а концептуальный ДНК-код, который уловит лишь искушенный слушатель. Это классика, собранная заново по законам современного звукового искусства.

RE-FORM: Трансформация формы

Вся концепция проекта RE-FORM строится на реформировании старого. Это не просто переосмысление, а новый виток спирали, по которой движется искусство, проходя через радикальное перерождение.

Визуал альбома — не исключение. За основу мы взяли утонченную Эдвардианскую эпоху начала XX века — время, когда академические традиции и строгий аристократизм стояли на пороге глобальных исторических потрясений. Мы посмотрели на это наследие сквозь призму сегодняшнего момента, деконструировали его и собрали заново.

Из прошлого — в будущее:

Эдвардианский силуэт, некогда бывший символом консервативного благородства, мы вывернули наизнанку, превратив в бескомпромиссную броню Кибер-Ведьм.

Невинное кружево и классические широкополые шляпы столкнулись с агрессивными текстурами облегающей кожи и латекса.

Массивные, светящиеся кибер-платформы окончательно заземлили этот образ, став символом жесткой технологичной эпохи.